Об эволюции

«… но виновен не Жираф,

а тот, кто крикнул из дверей:

— Жираф большой, ему видней!» (из песни В.Высоцкого).

 

Теория эволюции и Ч.Дарвин – едины, друг от друга не отделимы. Вообще-то, сам Дарвин никогда не считал свои идеи теорий, речь всегда шла о гипотезе. Чтобы стать теорией, гипотеза должна быть доказана, должна подтвердиться на практике. Что же на самом деле?

Теория эволюции Дарвина

По Дарвину, в основе эволюции лежат изменчивость (мутации), наследственность (запоминание в генах полезных признаков) и естественный отбор (возрастание вероятности выживания и размножения у особей с новыми полезными признаками). 

Итак, разберем все три фактора.

Изменчивость, наследственность, естественный отбор

Мутации. Никаких полезных мутаций, приводящих к новому качеству, или к улучшению конструкции организма, никогда и никем не наблюдалось. Любое случайное либо под воздействием вредных факторов изменение на генном уровне всегда приводило к уродствам. Как объяснить, используя механизм мутаций,  появление глаза, хобота у слона, крыльев у птиц?

Сам Дарвин, кстати, считал наличие глаза у животных доказательством существования Бога, поскольку глаз представляет собой столь сложную систему, что бесполезно выстраивать цепи случайных мутаций, поскольку работать весь этот орган будет только в готовом виде, с хрусталиком, специфическими рецепторами восприятия, стекловидным телом, роговицей, двигательными мышцами и системой управления ими, системой фокусировки и т.д.  Поскольку любые промежуточные, недоразвитые конструкции глаза  не работают, они не могли ни помогать в естественном отборе, ни наследоваться ввиду полной бесполезности (как, например, пятая нога у собаки).

Трудно представить себе эволюционное появление крыльев у птеродактиля. Получается, что у худосочного древнего ящера вдруг случайно, в результате мутаций, родился малыш – уродец с некими наростами. И вот малый стал пытаться развивать новые свойства, тренируя будущее крыло и формируя для него кости, перепонку, сосуды, мышцы и пр. Для этого он взбирался на скалу или сосну и раз за разом сигал вниз. И так происходило со многими одновременно (чтобы новые свойства не растворились  при наследовании). Что-то здесь напоминает показания убийцы в суде: «Убитый  сам случайно упал на нож, который я держал случайно в руке. И так – двенадцать раз».

То же самое можно сказать о хоботе у слона – как ни пытайся захватывать предметы носом и верхней губой, толку не будет — нужен орган в готовом виде, либо хотя бы идея о новом органе и ясный план по ее воплощению в жизнь. Например, верю, в то, что шея жирафа получилась эволюционным путем – там те же семь позвонков, что и в человеческом теле. Но не верю в эволюционное появление крыльев из ног или легких из жабер – не из чего было эволюционировать!

То, что организмы способны развивать свои, уже существующие, функции и избавляться от ненужных – уже огромное достижение! Изделиям человеческих рук это до сих пор не под силу. Существуют системы с искусственным интеллектом, способные обучаться и наращивать свои информационные возможности, но физическое самосовершенствование рукотворных аппаратов невозможно.

Поскольку изменчивость, как нам кажется, не может порождать новое качество и новые возможности организмов, бессмысленно обсуждать два остальных фактора эволюции — наследственность и естественный отбор: нечего наследовать и отбирать, кроме того, что уже существует. Скорее всего, эти два механизма направлены на сохранение видов.

Шерсть у животного, возможно, будет становиться гуще в холодном климате, либо редеть в жарком – но только в том случае, если она есть. Наследственность и естественный отбор в этом случае помогут. Естественный отбор помогает избежать деградации ( которая происходит у домашних животных при отсутствии селекции или в заповеднике — при отсутствии волков), но не влияет на появление новых качеств и новых систем в организме.

Животные, растения, микроорганизмы, которые мы наблюдаем, достаточно совершенны, каждый в своей нише. Акулы, которые жили 50 миллионов лет назад, были столь же совершенны, как и современные. Те виды, которые вымерли, не были приспособлены к изменившимся условиям и были заменены другими, более подходящими. Мы не знаем, как это произошло – так будет правильнее сказать, чем привлекать гипотезу Дарвина.

Вот еще одна дыра в Дарвинской теории: вопрос о многообразии видов. Развитие жизни представлялось Дарвину в виде дерева, когда от общих предков возникают новые виды, причем, из-за случайных ошибок – мутаций. Но может ли возникнуть новый вид  с новыми, более прогрессивными органами и функциями в результате ошибки? Это равносильно тому, что при многократном переиздании «Анны Карениной» Л.Толстого  из-за ошибок могут возникнуть  «Война и мир» его же и «Братья Карамазовы» Ф.Достоевского.  И это рассматривается всерьез?

Скорее всего, биологи просто не вполне понимают всей сложности живых организмов, даже самых простых, типа вирусов.

Добавить комментарий